«Труднее всего в зале суда было молчать и не переговариваться с другими присяжными, уж очень хотелось обсудить дело» - собеседница «Версии» рассказала о том, как решала судьбу человека.
Ее имени она попросила не называть, можем сообщить только, что работает наша героиня поваром.
- Расскажите, как вы стали присяжной?
- До этого я все суды видела только по телевизору. Очень они мне нравились. Но мне даже в голову не могло прийти, что я сама могу там сидеть и стараться определить: виновен человек или нет. Начиналось все просто - домой принесли повестку. Там стояли мое имя, дата и время, когда я должна была прийти в уголовный суд на отбор.
- Думали о том, чтобы не пойти?
- Думала, да. Но в повестке было написано, что это по закону наказуемо. Нужно обязательно явиться. Пришла я туда - а там в зале человек 60 сидят. Потом вышли судья в мантии, прокурор, адвокаты потерпевших и подсудимого, сами потерпевшие. Нам раздали анкеты и попросили их заполнить, спрашивали, кажется, возраст, место работы, образование, семейное положение, количество детей. Судья взял эти анкеты и начал называть имена, мы вставали по очереди. Он задавал пару вопросов по анкете, интересовался, будем ли мы заявлять самоотвод. Надо было выбрать двенадцать основных присяжных и одного запасного.
- Вы согласились.
- Да, мне было интересно. Считаю, в жизни все надо попробовать. Муж отговаривал - «да зачем тебе это надо», но я все равно тогда пошла.
- Кого освобождали от роли присяжного?
- Пенсионерку, ей 70 лет было. Врача - он сказал, что, может, ему придется оперировать во время заседания или в командировку ездить. Потом освободили учителей. Как раз конец мая был, у них горячая пора с экзаменами. Двое или трое встали и сказали: «Мы верующие». Их тоже отпустили. А у нас, оставшихся, спросили, есть ли родственники в органах или судимые. Ни у кого ни тех, ни других не было. Потом привели подсудимого и спросили, знаем мы его или нет. Если знаем - это автоматический отвод.
- Вы подписывали какие-то бумаги о неразглашении сведений или еще что-то?
- Нет… - вспоминает наша собеседница и всплескивает руками, - да я всем, кому могла, рассказала, что я присяжная! Когда отбор прошел, нам назначили дату первого заседания. Секретарь сказала открыть в банке счет на перечисление денег. За каждое заседание нам туда скидывали по 5-5,5 тысячи тенге. Даже если в тот день заседание по каким-то причинам не состоялось, нам все равно платили.
- И вот вы пришли на первое заседание…
- Сначала мы выбрали главного среди присяжных, девушку лет 25, но она, когда послушала, о чем речь идет, о том, сколько крови было в этом деле, от дальнейшего участия в суде отказалась, и вместо нее главным стал присяжный, которого отобрали на замену. Но никаких особых полномочий, по сравнению с нами, у него не было. Рассаживались мы в кресла в зале суда по алфавиту, кажется, и больше этот порядок до конца слушаний не нарушали. Нельзя было пересаживаться, сидели строго в одном порядке.
- Кто входил в состав присяжных - если брать пол, возраст, род занятий?
- Изначально нас было шесть женщин и шесть мужчин, но когда девушка ушла, то стало пять на семь. По возрасту - и молодые были, от 25 лет, и почти пенсионеры. Я повар, а был еще водитель маршрутки, диспетчер, курьер, это кого я запомнила.
- Какое дело вы рассматривали?
- Парень, уже отсидевший, убил молоденькую продавщицу в магазине. Она была студенткой и подрабатывала после учебы. Он к ней зашел, дождался, пока все покупатели выйдут, и полоснул сначала бутылкой с отбитым донышком, а потом ножом, которым в магазине сыр и колбасу резали. Убийство было страшное, и фотографии эти жуткие с места преступления нас потрясли.
- Вы с самого начала были уверены, что подсудимый виновен?
- Нет, на первом заседании я была настроена на то, что он ее не убивал. Он сам это отрицал до последнего, но дело разматывалось, распутывалось, и лично у меня не было в конце никаких сомнений, что это он ее убил. Нам показали видеозапись со следственного эксперимента, и там подсудимый заходил в магазин, уверенно шел к выключателю… А откуда ты знаешь, где в незнакомом помещении свет включается? Нам стало ясно, что он не первый раз был в этом магазине, не первый раз с девушкой общался, потом выяснилось, что он вообще дружил с ней. Он показывал, как хватал продавщицу, как резал, как тащил ее в подсобку. Перечислял свои действия во время убийства, как будто сказку рассказывал из «Спокойной ночи, малыши». Это жутко. По телевизору даже близко не так, а тут ведь настоящие люди. Тяжело на душе было.
- Благодаря телевизионным передачам вы все равно уже примерно себе процесс представляли.
- Ну, да. Только знаете, что плохо? Присяжным нельзя переговариваться между собой и участникам вопросы задавать, а их лично у меня было не мало - и к судье, и к защите. Много было непонятного, как-то все сжато, сжато, а потом - р-р-раз, и вывернулось все на последнем заседании. Жалко, что я не могла встать и сказать: а вот объясните! Но это не положено, мы сидели молча. (Вообще-то, присяжные имеют право задавать вопросы участникам процесса, но через председательствующего. Они должны передать записку секретарю заседания, и тот положит ее на стол судье, сообщил «Версии» пресс-секретарь специализированного межрайонного суда по уголовным делам Павлодарской области Ержан Калкен - ред.)
- Вообще не пытались переговариваться?
- Кто-то из присяжных что-то выкрикнул, но судья сделал ему замечание.
- А когда выходили из суда?
- О, тогда у нас рот не закрывался! Мы отходили чуть подальше от здания - и давай обсуждать и спорить, и хоть друг другу не знакомые люди, но так долго задерживались, просто не могли наговориться. А еще нам ни в коем случае нельзя было с обеими сторонами разговаривать - потерпевших и подсудимого. У потерпевших бабушка, которая девушку растила, нам жаловалась: «Он сволочь, убил мою внучку, разве так можно с человеком делать?». И все в таком роде. Очень жалко было старушку, но приходилось либо молчать в ответ, либо просить с нами не заговаривать.
- Когда выносили приговор…
- Нас отвели в комнату для присяжных. Мы сидели, разговаривали. Туда никто не заходил, кроме судьи. Он сказал, что подсудимому грозит до 15 лет лишения свободы. Одна женщина стала возмущаться: «Он невиновен, это не доказано». Судья тоже возмутился: «Как это не доказано, мы вот таких выпускаем, потом как домой ходить?!». Сидели, думали долго, и нам раздали бумажки, где было написано «виновен» и «не виновен». Двое человек выбрали «не виновен», а десять - «виновен».
- Сколько ему в итоге дали?
- Двенадцать лет.
- Вы не жалеете, что пошли в присяжные?
- Жалеть не жалею, но второй раз не пойду, и никакие деньги мне не нужны. Считаю, в заседатели нужны люди хладнокровные. Мне, кстати, повестка второй раз уже приходила - всего через несколько дней после окончания нашего процесса. Но я позвонила в суд и сказала, что не имею права быть присяжной - ею можно только раз в год становиться. Они меня из списков вычеркнули, а еще через несколько дней ко мне соседка зашла. Говорит, что теперь она должна быть присяжной. Советы спрашивала. Суд у нее затянулся, и весь состав присяжных поменяли. Вот такой у меня был опыт. Интересно, жутко и повторения уже не хочется. Надеюсь, больше в суд ни за чем ходить не придется.