К столу – только с биркой!

По себе знаю, когда речь заходит об организации учета, в любой сфере, у людей становятся скучными лица: мало кого интересуют сегодня эти рутинные на первый взгляд процедуры. А между тем если речь идет о строгом учете скота, о его идентификации в государственных масштабах, то это затрагивает интересы каждого из нас напрямую.

Ведь для чего нужен учет? Прежде всего, чтобы держать под постоянным контролем эпизоотическую ситуацию, то есть здоровье скота. Отслеживать всю животноводческую продукцию, что называется, от фермы до прилавка, и даже до стола граждан. Полная идентификация и строгий учет позволяют четко отслеживать все передвижения скота в пределах рес­публики, в том числе и больного. И если дело поставлено на хорошем уровне – мы будем застрахованы от инфекций, передающихся от животного к человеку. В том числе опаснейших для жизни человека инфекций.

Кстати, даже в бескомпьютерное советское время учет и контроль сельхозживотных велся на довольно высоком уровне, действовала четко выстроенная система ветеринарно-санитарного контроля, охватывающая даже самые маленькие села. В реформенные 90-е годы эта система была по сути дела разрушена и утеряна, государству пришлось все начинать сначала, но уже в новых условиях и с новыми технологиями. Были явные ошибки, например, во время первых попыток биркования животных. Бирки производили все кому не лень, естественно, не удалось тогда создать единую систему нумерации и даже внешнего вида бирок. А единый стандарт в таком деле – это основа. Все осложнялось тем, что в загоне оказалась и государственная ветеринарная служба, соответственно, о каком-то эффективном ветеринарном контроле говорить не приходилось.

И вот Правительство всерьез взялось за решение этой проблемы, тем более что у нас есть довольно амбициозные планы наращивания производства животноводческой продукции, прежде всего мяса. В районах вновь начали строить и открывать ветеринарные станции, оснащенные современным оборудованием и специальным транспортом, в селах открылись ветеринарные пункты, тоже оборудованные неплохо. И уже более планово к идентификации животных решено было приступить в 2011 году. С учетом прежнего опыта решено было определить единого оператора, который бы сопровождал программу идентификации по всей республике. И постановлением Правительства РК в 2012 году таким оператором стало ЗАО «КазАгроМаркетинг». Министерство сельского хозяйства выделило немалые средства под программу, за несколько лет только в нашу область поступило 185 компьютеров и другое электронное оборудование для организации учета, сотни тысяч ушных бирок для разных видов скота, 470 тысяч ветеринарных паспортов, устройства для холодного и горячего таврирования. На это потратили 120 миллионов тенге из республиканского и областного бюджетов, не так давно из бюджета было выделено еще 25 миллионов на закупку бирок централизованным путем.

Правда, тут надо отметить, что это деньги возвратные, то есть хозяева скота должны будут возместить затраты на производство бирок. К сожалению, взять взяли, а возвращать средства спешат далеко не все хозяйственники, в целом по области возвращено пока только 73 процента затраченных средств. А ведь можно было все сделать проще – без государственных конкурсов и других длительных процедур. Дело в том, что любое хозяйство, занимающееся животноводством, имеет право самостоятельно закупать бирки у любой, даже зарубежной, фирмы, входящей в мировой список производителей идентификаторов сельхозживотных. Но у нас всё как всегда, пока гром не грянет, крестьянин не перекрестится – все получали «бюджетные» бирки. Самостоятельно их приобрели только ТОО «Галицкое» и «Рубиком», и, кстати, выиграли в цене. А чтобы ускорить возврат средств и подключить к этому акимов районов, областное управление финансов предлагает передать все приобретнные бирки на баланс районных акиматов. Во всяком случае, впоследствии будет с кого спросить за нерадивость.

Итак, мы уже третий год подряд работаем над новой схемой идентификации животных, работаем по плану, утвержденному Минсельхозом республики. Вести отчетность должны государственные ветеринарные организации местных исполнительных органов, то есть работники ветеринарных станций и ветеринарных пунктов. О том, как идет эта работа, рассказал недавно на совещании в областном акимате руководитель областного управления сельского хозяйства Жанат Шугаев. И, надо признать, похвастаться нам пока нечем. По данным статистики, к 1 июля в районах области числилось 467867 голов крупного рогатого скота, 732315 овец и коз, 128358 лошадей и 76798 свиней. А вот на центральном сервере МСХ РК картина совершенно иная, естественно, с большой минусовой разницей. Крупного рогатого скота меньше на 58 тысяч голов, овец и коз – на 252500, лошадей – на 61 тысячу, и свиней меньше на 37 тысяч. Это, скорее всего, и есть показатель того, как у нас идет идентификация. Особенно большая разница между статданными и цифрами на сервере в Баянаульском, Майском, Павлодарском районах и в сельской зоне города Аксу. Да и другие районы в этом отношении тоже грешат.

Кстати, в области есть годовой план проведения идентификации, разработан график этой работы с марта по декабрь, есть и специалисты, отвечающие за загрузку сведений в республиканскую базу данных. По учету крупного рогатого скота план выполнен на 94 процента, внесено в базу данных 93 процента скота от плановой цифры года, овец и коз идентифицировано и внесено в базу 76 процентов от плановой цифры, в базе данных 60 процентов свиней и 61 процент лошадей. Скажем так, не очень впечатляющие показатели. Плохо идет идентификация крупного рогатого скота в Щербактинском и Павлодарском районах, здесь же гораздо ниже среднего областного показателя идентификация овец и коз, и совсем уж плохо положение дел с идентификацией лошадей в том же Щербактинском и Иртышском районах.

Трудно сказать, чего здесь больше – элементарного разгильдяйства, слабой квалификации специалистов ветеринарии или объективных причин. К оным сегодня многие относят отсутствие доступа к Интернету во многих селах области. Компьютеры в ветеринарных пунктах есть, но без Интернета невозможно, как это сегодня требуется, ежедневно вносить поправки в базу данных. И сельские ветеринары вынуждены один-два раза в месяц ездить с флэшками в кармане, дабы внести оперативные данные в базу на компьютер ветстанции, располагающейся в райцентре. Неудобно, неоперативно, накладно и просто стыдно в двадцать первом-то веке.

И главное, не достигается основная цель: ежедневный контроль за любым движением скота в цепочке от фермы до прилавка. Приходится признать, что отсутствие Интернета стало для многих реальным барь­ером в работе по идентификации животных, а это, по большому счету, может спровоцировать в один прекрасный момент ухудшение эпизоотической ситуации в целом. Ведь реальный доступ к Интернету имеют только 72 из 156 ветеринарных пунктов области. Кстати, совершенно нет интернет-связи во всех 16 сельских пунктах Иртышского района.

Нельзя сказать, что уж совершенно ничего не делается. С АО «Казахтелеком» не раз обсуждалась возникшая ситуация. И телекомовцы обещают относительно быстро подключить к Интернету 35 пунктов, до конца года – еще столько же. Остальных планируют на 2015-16 годы, а пока здесь надо подумать о подключении Интернета через операторов мобильной связи. Но есть и другой вариант. Как известно, мы давно рапортовали о подключении всех школ области к широкополосному Интернету. Неужели школа откажет ветпункту в передаче каких-то данных, дело-то пятиминутное. Просто надо договориться о такой временной схеме. Это ведь лучше, чем постоянно оправдывать свои недоработки отсутствием Интернета.

Тем более что явно затягивают работу и в районах, где с Интернетом все в порядке. Но здесь тоже находят причины – мол, программа сервера несовершенна, и внесенные данные он зачастую не сохраняет. Как хотите, а мне лично в это верится с трудом. Как сказали специалисты «КазАгроМаркетинга» - работать с программой надо уметь. Наверное, именно в этом дело.

Так и получается – там недоработали, там специалистов не научили работать с программой, там бирки не раздали, а где-то просто до сих пор раскачиваются. А страдает важнейшее дело, от которого впрямую будет зависеть эпизоотическая обстановка в стране.