Аргентинское общество взбудоражено загадочной и трагической смертью прокурора Альберто Нисмана, который был найден мертвым в своей квартире вечером 19 января.
Уже через несколько часов Нисман должен был на закрытом заседании суда предоставить доказательства против президента страны Кристины Фернендес де Киршнер и министра иностранных дел Эктора Тимермана. Согласно заявлениям Нисмана, они договорились снять обвинения с высокопоставленных иранских чиновников, подозреваемых в причастности к теракту в еврейском культурном центре в 1994 году, сообщают "Вести.Ru".
Взрыв еврейского культурного центра по сей день остается крупнейшим терактом в истории Аргентины – его жертвами стали 85 человек, более 300 человек получили ранения. Теракт произошел всего через два года после атаки на израильское посольство в Буэнос-Айресе, в ходе которого погибло 29 человек, а 242 человек были ранены. В обоих случаях под подозрение попали боевики шиитского движения "Хезболла", действовавшие на деньги и по указанию иранских дипломатов.
По мнению покойного Альберто Нисмана, который занимался расследованием взрыва, Киршнер и Тимерман договорились снять обвинения с иранцев ради "геополитического сближения с исламской республикой и восстановления полноценных торговых отношений, чтобы преодолеть последствия тяжелого экономического кризиса" и поставок "зерна в обмен на нефть". Прокурор также заявлял, что Иран создал в Латинской Америке подпольную сеть для организации терактов.
Хотя прокурорам при помощи израильской секретной службы МОССАД и американской ФБР удалось собрать доказательства, свидетельствующие о причастности к теракту ряда высокопоставленных граждан Ирана, включая Хаде Солейманпура, в 1994 работавшего послом исламской республики в Аргентине, в итоге все иранцы были отпущены за недостаточностью улик. По словам одного из свидетелей, ранее работавшего в иранской разведке, Аргентина получила от иранского правительства 10 миллионов долларов, чтобы заблокировать расследование.
В 2013 году между Аргентиной и Ираном был подписан меморандум о взаимопонимании в области сотрудничества при расследовании теракта 1994 года, который, по мнению оппозиции, нарушающий ряд международных норм. Представители еврейской общины также раскритиковали меморандум, заявив, что он лишает действия аргентинского правосудия легитимности и аннулирует ранее направленные в Интерпол запросы на арест пяти граждан Ирана, в том числе, бывшего министра обороны исламской республики.
Внезапная смерть Альберто Нисмана стала очередной загадкой в деле о взрыве, который произошел более 20 лет назад. Согласно предварительному заключению судмедэкспертов, прокурор застрелился в своей ванной из револьвера 22-го калибра. Несмотря на то, что на его руках не было обнаружено следов пороха, эксперты исключили причастность к смерти Нисмана каких-либо третьих лиц.
Протестующие на улицах Буэнос-Айреса не верят в самоубийство прокурора, возлагая ответственность за его смерть на Кристину Киршнер. Президент прокомментировала смерть прокурора длинной записью в "Фейсбуке". "Самоубийство всегда сначала вызывает недоверие, а потом вопросы. Что вынудило человека принять ужасное решение покончить с собой? " – написала Киршнер.
Она подтвердила свое участие в расследовании в начале, указав на то, что в тот период следствие продвигалось, вызывая многочисленные вопросы. Президент также добавила, что со временем расследование становилось все более запутанным, и ей стало трудно за ним следить, "находясь на арене внутренней и международной политики, где жертвы важны лишь очень немногим, а правда – и того меньше". При этом она решительно опровергла обвинения Нисмана в покрывании иранских агентов, главной целью которых, по мнению президента, было "лгать, искажать и запутывать".
Несмотря на заявления судмедэкспертов и запись президента, судья Патрисия Буллрич, перед которой Нисман должен был изложить свои доказательства, считает версию о самоубийстве прокурора более чем сомнительной. "Несколько дней перед своей смертью прокурор был очень активен, сфокусирован на презентации, которую он должен был показать в Конгрессе, на доказательствах, которые он планировал продемонстрировать, — заявила Буллрич. – Трудно поверить, что он бы покончил с собой". По указанию судьи, все доказательства, собранные Нисманом, будут сохранены и приобщены к делу.