Лютый холод АЛЖИРа

В павлодарском Доме-музее Павла Васильева открылась выставка «Знаменитые имена АЛЖИРа» (Акмолинского лагеря жен изменников Родины), посвященная памяти жертв политических репрессий. 

В Казахстане численность жертв политрепрессий превышает 118 тысяч человек, включая 25 тысяч расстрелянных. Территория нашей республики стала частью ГУЛАГа. Так, в январе 1938 года в АЛЖИР поступили первые этапы, а процедура ареста происходила по определенной схеме. Жен арестовывали позднее мужей, поскольку вынести приговор жене могли только после осуждения мужа. Иногда в число арестанток входили и ближайшие родственники – сестры, матери, дочери.

В большинстве случаев это были жены видных государственных, политических и общественных деятелей, имена которых широко известны на всем постсоветском пространстве. Среди них Азиза Рыскулова и ее мать Арифа Есенгулова, Дамеш Жургенева, Рабига Асфендиярова, певица Лидия Русланова, писательница Галина Серебрякова, женщины из семьи расстрелянного маршала Тухачевского, жены писателей Бориса Пильняка и Юрия Трифонова, матери Булата Окуджавы и Майи Плисецкой и многие другие.

Основу открывшейся выставки составили фотографии, документы и краткие биографии женщин-узниц, переданные в фонд Музейно-мемориального комплекса жертв политических репрессий и тоталитаризма «АЛЖИР». Все представленные на мероприятии материалы собраны потомками осужденных, ставших участниками исследовательских работ, которые проводились в Москве, Санкт-Петербурге, Оренбурге, Омске, Алматы, Уральске, Ташкенте.

По словам экскурсовода акмолинского музея Саи Малибаевой, в 37 километрах от нынешней столицы Казахстана размещался один из наиболее зловещих символов сталинского режима – АЛЖИР, куда привозили ни в чем не повинных женщин со всего Советского Союза вместе с их малолетними детьми. В 2007 году по инициативе Президента Казахстана Нурсултана Назарбаева на этом скорбном месте в поселке Акмол (бывшее село Малиновка) Акмолинской области открылся музейно-мемориальный комплекс жертв политических репрессий и тоталитаризма «АЛЖИР».

– Осужденные вместе со своими грудными детьми погибали от холода в суровых климатических условиях Казахстана, – рассказывает Сая Малибаева. – В бараках при температуре минус шесть-восемь градусов находились и беременные женщины, при этом отапливалось помещение одной только небольшой металлической печью-«буржуйкой».

На территории музейного комплекса в селе Акмол можно увидеть сталинский вагон, или, как еще его называли, «краснуху», в котором перевозили осужденных. Кроме того, здесь можно увидеть монумент «Арки скорби», стену памяти жертв политических репрессий и тоталитаризма, стелу «Слезы», барак для узниц и здание самого музея. В его стенах есть уникальная инсталляция «Оковы» с подлинной дверью следственного изолятора 30-х годов, диорама «АЛЖИР», повествующая о трудовых буднях узниц лагеря, реконструкции фрагментов лагерной швейной фабрики, кабинета следователя и барака, в котором находились женщины.

– Трудовые будни и условия существования узниц АЛЖИРа просто ужасали, – рассказывает Сая Малибаева. – Они выполняли самые тяжелые работы, трудились с четырех утра до самой полуночи. Голыми руками им приходилось рыть арыки для огородов и садов, строить фермы и бараки. Но основным их занятием был сбор камыша на берегу озера. Одна узница должна была собрать по 40 снопов камыша в день, стоя по пояс в ледяной воде.

В своих воспоминаниях женщины писали, что по дороге в лагерь им давали хлеб и селедку, завернутую в бумагу. Они надкусывали пальцы, разделив эту бумагу на части, чтобы написать собственной кровью записки своим родным. В них они слезно просили своих родственников забрать детей, которые после ареста матерей должны были попасть в детские дома. Свои записки осужденные бросали в отверстия, служившие в вагонах туалетами, а позже работники железной дороги собирали их и отправляли по указанным на клочках бумаги адресам.

Сотрудницы музейного комплекса рассказали случай, который описала в своих воспоминаниях Гертруда Платайс. Как-то в зимнее утро узницы лагеря несли с близлежащего озера охапки камыша, который использовали в качестве матрацев и топлива. В это время на берегу появились старики и дети, которые стали кидать в заключенных камни. Конвоиры злорадствовали: мол, видите, вас не только в Москве, но и здесь, в ауле, никто не любит! Одна из женщин споткнулась об эти камни, а когда упала рядом с ними, то почувствовала запах молока и сыра. Она взяла кусочек и положила в рот – он показался ей очень вкусным. Собрав эти камушки, она принесла их в барак, в котором находились заключенные женщины-казашки. Именно они рассказали остальным о том, что «камни» – это курт, высушенный на солнце соленый творог.

В открытии выставки приняла участие дочь бывшей узницы АЛЖИРа павлодарка Галия Гайсина, которая рассказала посетителям о нелегкой судьбе своей матери, не сдерживая эмоций.

– Всю жизнь мама боялась что-то нам рассказывать, – делится воспоминаниями Галия Гайсина. – У нее нас было девять. А когда ее посадили, нас всех распределили по детским домам. Правда, потом удалось найти только пятерых. Позже сестра умерла по причине слабого здоровья. В Павлодаре мы живем с 1958 года. После лагеря маму отправили сначала в Семипалатинск, а затем – в Павлодар. Однако мы все получили высшее образование. Много раз мне хотелось спросить у матери о том, кто мой отец, но я боялась. Она тоже не решалась этого нам рассказать, так как была запугана в лагере. Ее стойкость и выдержка удивляют до сих пор, ведь несмотря на все тяготы и пройденный ужас мама умерла в возрасте 88 лет.