По данным контрольных органов и силовых структур области, за девять месяцев этого года по области зарегистрировано 111 фактов незаконных рубок леса, это 14501 кубометр! А нанесённый государству ущерб исчисляется уже 706,8 миллиона тенге, пишет газета Звезда Прииртышья.
В последнее время немалый резонанс у общественности нашей области вызвала тема сохранности реликтового ленточного бора в Щербактинском и Лебяжинском районах. Именно здесь расположены лесные угодья природного резервата «Ертiс орманы», и именно здесь произошли эти хищнические рубки, в результате которых ленточные боры уменьшились, если считать по украденной древесине, на 14501 кубометр. С ущербом 706,8 миллиона тенге. Учитывая общественный резонанс по поводу случившегося, проблему сохранности лесного фонда на днях рассмотрели на совместном заседании общественного совета по противодействию коррупции областного филиала партии «Нұр Отан» и общественного совета при департаменте по делам государственной службы и противодействию коррупции по Павлодарской области.
Под обстрел областных контрольных служб и силовых структур в очередной раз попало руководство резервата «Ертiс орманы». Была представлена крайне негативная информация о реальном положении дел с сохранностью леса в резервате. Это происходит не первый раз в нынешнем году, вопрос несколько раз громко обсуждался на областном уровне. Областным акиматом даже утвержден план мероприятий по профилактике и борьбе с нарушениями лесного законодательства на 2015 год, сразу же начала работать специальная рабочая группа по мониторингу и организации лесохозяйственной деятельности. С начала года эта группа заседала шесть раз, удалось выявить основные причины, способствующие расцвету криминальной деятельности в лесу. Однако за последнее время хищения вновь стали фиксироваться все чаще и чаще, причем специфика лесокрадства такова, что виновных в этих кражах находят и судят довольно редко. Криминальный лесной бизнес умеет хорошо прятать следы, и иногда помогают ему в этом как раз те, кто призван охранять лес, – сотрудники резервата.
К примеру, специалисты управления недропользования, окружающей среды и водных ресурсов Павлодарской области одной из главных причин увеличения незаконных рубок называют бесконтрольную и незаконную деятельность вроде бы официальных лесозаготовительных бригад, сотрудники природоохранной полиции не раз ловили на лесонарушениях работников таких бригад и даже сотрудников лесоохраны. Приводился и такой факт: в то время, как основной поток краденного леса идет на распил в Восточно-Казахстанскую область, где, в отличие от нашей области, не прекращена деятельность пилорам вблизи леса, в резервате берут на работу в лесозаготовительные бригады и жителей граничащих с нами районов ВКО, в основном из Бескарагайского. В том числе уже судимых за криминал в лесу.
ЛЕСНЫЕ БРАТЬЯ
Говорят, местных работников не хватает, а плановые лесозаготовки надо проводить в срок. По трудовому законодательству если есть вакансии – человеку трудно отказать в трудоустройстве без обоснования причин, а погашенная судимость таковой причиной не является. Так-то так, да только если уж вы взяли непроверенных людей, работников с уголовным прошлым в бригаду, то надо бы за работой такой бригады наладить тройной контроль. Но, судя по печальному результату, этого сделано не было. Более того, по мнению сотрудников управления и работников прокуратуры, проводивших проверки в резервате, тут не нашли ничего лучшего, как пытаться скрывать реальные объемы незаконных рубок – зарывали низко спиленные пни, ставили на свежие пни клейма, якобы свидетельствующие о законности рубки, шли на другие ухищрения. Не знаю, правда, поймали ли кого-нибудь из работников резервата за руку при проведении таких действий, но такое обвинение было высказано.
Вот и заместитель руководителя областной инспекции лесного хозяйства и животного мира Серик Апсаликов, сетуя на безнаказанность лесного криминалитета, привел такой факт: нынче возбуждено 76 уголовных дел по лесонарушениям, рассмотрено судами только два. Правда, у нарушителей судом изъято 13 транспортных средств, орудия лесозаготовки, но удалось вернуть резервату лишь 465 кубометров древесины. Это из четырнадцати-то тысяч кубов!
Разные чувства испытываешь, присутствуя на таких заседаниях партийных общественных советов. Но больше всего поражает стремление некоторых отчитывающихся не столько говорить о том, как победить вновь расползающуюся по нашим лесам гидру лесокрадства, сколько доложить о своем вкладе в выявление объемов незаконно добытого леса. Понятно, что у каждого управления или инспекции свои функции, небольшие штаты, а отчитываться надо по десяткам позиций. И выглядеть при этом хорошо. Хотя главное тут в том, чтобы все-таки подумать, тщательно проанализировать ситуацию, вникнуть в проблемы тех, кого не устают обвинять чуть ли не изо дня в день, – работников резервата.
И аргументы руководства резервата тоже прозвучали. Заместитель генерального директора «Ертiс орманы» Тлек Муканов напомнил, что проблема сохранности леса остается острой еще с прошлого века. Правда, после жесточайшего урона лесу, нанесенного пожарами и браконьерами в 90-е годы и в начале двухтысячных, к 2008 году удалось, объединив возможности всех структур, если не полностью пресечь криминальные рубки, то довести их до минимума. До прошлого года воровали уже не больше тысячи-другой кубометров в год.
ПОМОГАЮТ ПО-СОСЕДСКИ
Но в прошлом году появился спрос в Восточно-Казахстанской области, где, почти уничтожив свои леса, криминалитет переориентировался на соседние районы нашей области. Действуют эти ребята умело, тем более что барыши имеют неимоверные. Привлекают они к криминальным рубкам и местных жителей, зачастую сидящих без работы. А если криминал организован, силами лесничеств, лесников и лесной охраны, у которой в одночасье отобрали даже пистолеты, навести порядок – дело, заранее обреченное на провал.
Судите сами, за лесничеством обычно закреплено от 12 до 15 тысяч гектаров леса, за каждым лесником – около 1200 гектаров. А на все лесничество – один УАЗик. В советские времена хотя бы лошадей закрепляли, а сейчас, ну подумайте сами, – возможно ли ежедневно обойти 1200 гектаров, да еще по лесу? Да еще зарплата в лесном хозяйстве чисто символическая. Можно, конечно, для рапортов о наказании виновных в нарушениях искать и находить крайних, с 2003 года в резервате сменилось уже с десяток руководителей, уволены 30 лесничих, которых просто некем заменить. На низкую зарплату в лесную охрану попадают случайные люди, это неизбежно. А притока молодых специалистов лесного дела нет вообще – не идет молодежь на такую хлопотную, зачастую опасную и при этом очень плохо оплачиваемую работу. Об этом говорили и пять лет назад, об этом говорят и сегодня. Однако в профильном Комитете лесного хозяйства и животного мира, входящем в Министерство сельского хозяйства РК, отлично зная о проблеме, никак ее не решают.
Очень долго на совместном заседании общественного совета партийцев говорили о причинах воровства в лесу, принимающего уже промышленные масштабы и сравнявшегося с официально дозволенным объемом заготовки древесины. Да, звучащие в адрес руководства резервата обвинения в халатности и бездеятельности можно назвать справедливыми, можно даже подойти к проблеме формально и всю вину за активизацию криминального бизнеса в лесу свалить на местных жителей и работников резервата, у которых зарплата на грани минималки. Но пора, наконец, пойти глубже, понять корень проблем и всю их сложность, разложить все по полочкам от «а» до «я».
Пока же удается понять одно: не действует сама система работы государства по сохранению и преумножению реликтового леса. Можно порассуждать о причинах того, почему не действует и кто в этом виноват, однако это ведь не изменит саму систему, которая не работает. Эта мысль, кстати, прозвучала во время заседания несколько раз в ходе подготовки проекта постановления.
Как ни странно, но наиболее продуманные предложения по реформированию нашего лесного хозяйства прозвучали не от чиновников лесоохранных структур, а от прокуратуры области. Здесь сумели объективно проанализировать причины системного нарушения природоохранного законодательства и разработали свои предложения на уже намеченное крупное совещание с участием руководства двух областей, Министерства сельского хозяйства, Генеральной прокуратуры РК, Комитета лесного хозяйства и животного мира РК.
ДЕЛЬНЫЕ ПРЕДЛОЖЕНИЯ
К примеру, предлагается на пять лет объявить мораторий на любую лесозаготовительную деятельность, кроме технологических рубок. Это позволит наметить новую точку отсчета в борьбе с лесонарушениями и попытками придать им легальный характер. Одно из главных предложений – пора разделить и передать в разные ведомства работу по охране леса и работу по лесовосстановлению и уходу за сосняками. При этом прокуратура предлагает кардинально поменять сам подход к охране леса, передав охрану в конкурентную среду. Охрана леса и его воспроизводство должны находиться в разных министерствах, чтобы не получилось так, как сейчас: сам выращиваю, сам охраняю, ну и, соответственно, – сам рублю. Должны быть широко задействованы меры материальной ответственности за халатную работу в лесу.
Свои предложения в адрес председателя республиканского общественного совета по борьбе с коррупцией представили по итогам заседания и партийцы павлодарского филиала партии «Нұр Отан». В их числе – тот же мораторий на порубки, разделение охраны и ухода за лесом, установление каналов сбыта криминально добытой древесины службами МВД, регламентация приема на работу в резерват. И одно из главных предложений – переориентировать жителей лесных сел и аулов близ сосняков на другие виды деятельности. Министерство сельского хозяйства должно помочь создать специальную программу развития сельскохозяйственного бизнеса в сельских округах, расположенных рядом с бором.
Но думается, что забыли еще об одном. Пока суд да дело, пока пройдет республиканское совещание, на котором еще неизвестно что решат конкретно, барьер криминалу в лесу надо ставить уже сегодня. Сейчас. Мне уже приходилось об этом писать, но повторю: у силовых структур области есть хороший опыт пресечения незаконных рубок в лесах. Тогда, в 2007-2008 годах, силовики действовали как единое целое, по единому плану. И воры ушли из леса. Что мешает вспомнить об этом, составить конкретный план оперативных действий, перекрыть каналы вывоза древесины в Восточно-Казахстанскую область? Со своими браконьерами мы ведь тогда сумели справиться. Так почему пасуем перед заезжими расхитителями?