Призрак экзистенциализма бродит в песках
Известный российский писатель и переводчик Анатолий Ким размышляет о романе Роллана Сейсенбаева «Отчаяние, или Мертвые бродят в песках».
Роман о том, как русские с севера пришли к кочевникам, принесли к ним свет научного знания, стабильность оседлой жизни, письменную литературу вместо фольклора, романную форму вместо поэзо-эпической, писателя вместо жырау – и со всем этим принесли в жизнь вольных сынов Поля, круглый год ходивших вслед за солнцем со своими стадами, много неисправимых бед. Северная русская цивилизация сшибла с исконного исторического предначертанного небом пути казахский народ номадов, конных всадников и привела их на край духовной погибели, а Степь и Синеморье (Арал) – к экологической катастрофе.
Роман убедительный, мощный, бесстрашный, беспощадный, отчаянный, бунтарский.
Отчаяние такое известно в исторической практике духовности Европы и обозначено как философия экзистенциализма. Оно, это отчаяние, пришло в душу и разум человеческий в результате того, что человек оказался в бесконечном одиночестве в своем существовании во Вселенной, куда был заброшен без всякого на то своего желания и в положении абсолютной беспомощности перед роковыми обстоятельствами своего бытия.
Казалось бы, великое благо исходит от знаний, науки, накопленного опыта человечества. Северная цивилизация России, восточная Китая, южная арабская цивилизация и западноевропейская, окружая Сары-Арку, бескрайние степи Казахии, могла поглотить неохватную страну кочевников и растворить в себе существование ее немногочисленного народа. И из всех тайфунов окружающих Сары-Арку цивилизаций самая ближняя, северная русская, смогла-таки поглотить Свободную Степь и распространить на нее свою имперскую власть.
И сам великий Гений казахского народа, его духовный лидер, поэт и эфенди Абай Кунанбаев, из рода Тобыкты, призывает обратиться к Северу за русскими науками и знанием, столь необходимыми для выживания и вживания в цивилизованный мир, намного более успешный, чем мир конных кочевников, не имеющий своих оседлых городов, библиотек, музеев и всесильной научной мысли.
Но вот его потомок, тобыктинец с экзотическим для казахов французским именем Роллан из колена великого Сейсенбая, пишет на русском языке роман «Отчаяние, или Мертвые бродят в песках». В этом романе потомок Абая выступает как автор Книги обвинения, словно повторяя писательский подвиг своего предка, написавшего «Книгу слов», – но только с абсолютно противоположной по сверхзадаче целью. Абай писал свою беспощадную книгу, желая вынести на суд разума и яркий свет совести все самые явные и тайные пороки своего народа и себя, как его кровной частички, делающие любимый народ и его самого столь неприглядными пред очами Высшего Судии, кому ведомы идеалы подлинно высокого, истинно счастливого в этом мире человеческого существования.
И «Книга слов» Абая показывает, насколько далек казах от этого идеала, погрязший в плотоядности, обжорстве, невежестве, лукавстве, коварстве, предательстве, жестокости и кровожадности. Абай обвиняет свой народ, отчаянно любя его, желая вывести казахов на путь истинный к высоким уровням мировой цивилизации. Но прежде всего хочет ясно и беспощадно увидеть причины, мешающие казахам взойти на эти уровни. И причины эти находит прежде всего внутри экзистенции своего народа.
Его далекий потомок из рода Тобыкты, Роллан Сейсенбаев, ищет причины бед и страданий народных не в его внутренних качествах и роковых пороках натуры, а в том, как устроилось его внешнее государственное национальное геополитическое устройство.
Роман «Отчаяние, или Мертвые бродят в песках» не обвиняет казахов в том, как они устроены и существуют в своей степной ойкумене. Существуют в цельной совокупности со своими конями, овцами, верблюдами, степными просторами, пустынными миражами, древними преданиями. Роллан Сейсенбаев видит причины чудовищных бедствий и страданий народных не в том, как его народ некрасиво ведет себя перед другими и друг с другом. Нет, казах, тысячелетний потомок конных кочевников, круглый год ходивший со своими стадами вслед за солнцем, создавший свою культуру – музыкальную, поэтическую – на лоне природы, не может не быть прекрасным, как и сама природа. Устройство его души, адекватное прежде всего солнцу, воздуху, просторной травяной степи, стихиям больших вод и великих гор, – душевные качества казахов, жизнь которых столь близка к природе, была прекрасной и прекрасно предрасположенной к счастливому существованию на своей Сары-Арке.