Секс с малолетками
Сирота из Темиртау оказалась в рабстве у столичных сутенёров
«Мне даже высыпаться не давали. Каждый день работала, без выходных. За сутки, бывало, человек десять обслуживала. Уставала, просилась домой. Однажды даже убежала от них. Они меня на вокзале поймали», – лицеистка из Темиртау Аня Васильева в шестнадцать лет попала в один из столичных притонов, где взрослые заставили ее заниматься проституцией. Малолетнюю секс-невольницу полицейские нашли и освободили через четыре месяца. Сутенеров арестовали, а профлицей №31, где учится девушка, до сих пор трясет от всевозможных проверок.
Директор профлицея №31 Барич Бешуков: «Случай с Аней - единственный. Я готов ответить за то, что недоглядел. А обвинять меня в причастности к чему-то неправильно».
По словам воспитателей, Аня – так называемая социальная сирота. Ее мама отбывает срок в колонии под Алматы. После детдома девочку устроили в профлицей, дали комнату в общежитии. Невысокого роста, одетая в короткие шорты и легкую кофточку, она ничем не отличается от сверстниц. Аня сильно сутулится и прячет глаза под длинной густой челкой. Перед разговором с Аней работники лицея попросили не углубляться в интимные подробности. А она рассказывает о своем заточении без всяких эмоций. Как будто все это происходило не с ней.
БОРДЕЛЬ У ВОКЗАЛА
…Аня с подругой Светой пропали в сентябре 2008 года. Вечером, уже перед закрытием общежития. Через окно вахтер успела увидеть, что девушки сели в белый джип.
- В тот вечер к нам подружка приехала, она тоже здесь училась, предложила поехать к ней в гости в Актас с ночевкой. Пообещала, что утром привезет обратно. Мы сели в машину, возле водителя сидела какая-то женщина. Нас обманули, увезли далеко, – рассказывает Аня. – Привезли в квартиру, где было много девушек и несколько маленьких детей. Завели в комнату и объяснили, что будем работать проститутками. Мы отказались. Тогда нас отвезли на другую квартиру в какую-то пятиэтажку. И отдали другой сутенерше – Айке. Она говорила, что будет платить деньги, выделять какую-ту сумму. А потом нас со Светой разлучили. Ее забрали на другой адрес домработницей.
Ане обновили гардероб: купили короткую юбку, пару кофточек в обтяжку и парик. По ее словам, в двухкомнатной квартире она жила одна. «Мамка» приходила только для того, чтобы занести продукты или привести очередного клиента.
- Вокзал рядом, там клиентов и находили, – объясняет собеседница. – Сначала я пыталась отказываться от секса. Бывало, некоторые дядьки, когда напьются, били, а другие – трезвые – жаловались сутенерше. Она начинала упрекать, типа, они же деньги платят, отрабатывай. Я отвечала: «Они не мне платят, а вам».
- А если бы тебе платили?
- Я все равно не хотела работать, меня насильно заставляли. Приходили как-то с милиции, тоже отдохнуть. Я им рассказала все, написала адрес темиртауский, просила помочь. А они пошли и все сутенерше пересказали. Она опять со мной поговорила: «Если будешь писать, то вообще никогда не отпущу». Однажды я убежала. Меня тогда на выезд в гостиницу повезли к двум мужикам. Они пошли в магазин, а я сбежала из номера. На вокзал пришла, стояла, ждала автобус. А они подъехали на машине и отвезли обратно на квартиру. Но бить не стали.
По словам невольницы, ее освободили «через четыре месяца и четыре дня». В тот момент в квартире с Аней была сутенерша. Прежде чем открыть дверь, в которую постучали, сводница спрятала малолетку за штору. В притон ворвались оперативники.
- Они увидели меня, когда штора колыхнулась, – говорит Аня. – Так в парике и повезли в ЦВИАРН. А Свету ее хозяева позже отпустили, она сама вернулась в лицей.
По рассказам воспитателей, девочки приехали назад запуганными. Первое время почти не выходили из общежития.
- Наши девчонки жалели их, дескать, им так досталось, – говорят воспитатели. – Аня со Светой даже на беседы с полицейскими боялись без нас идти. Васильева советовала девчонкам: «Не гуляйте. Как я, можете попасть». Говорила: «Я все поняла, ни шагу без разрешения не сделаю. Всегда буду отпрашиваться». Мы всех предупреждаем: вот вам урок на будущее: не уходите никуда, не садитесь ни в какие машины. Вся проблема в том, что у нас не закрытое учреждение. Девочки свободно ходят в город. С другой стороны, им надо адаптироваться к жизни. Они регулярно проходят обследование у гинеколога, мы приглашаем медиков. С девочками каждый день проводятся беседы. Мы объясняем, чтобы были осторожнее, криминала сейчас много.
«МЫ НЕ ЗАКРЫТОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ»
В девичей общаге 31-го лицея живут воспитанницы, которым от 16 до 21 года. Сидеть в четырех стенах их не заставишь – насиделись в детдомах. А директор профлицея рассказывает, что не раз жаловался в полицию о том, что к общежитию постоянно приезжают сомнительные личности на машинах.
- У меня есть документы, которые подтверждают, что я писал в УВД Темиртау заявление, где указывал номера машин, – говорит директор профессионального лицея №31 Барич Бешуков. – Просил оказать помощь в установлении цели их приезда. Потому что физически я просто не мог их выгнать, они прямо на территорию заезжали. Письма отправлял, чтобы усилили патруль вокруг и на территории лицея. По номерам машин мне не ответили. Зато стали чаще патрулировать проблемный район. Про УВД я сейчас ничего плохого сказать не могу. В последние полтора года они всемерно нам помогают. Практически каждый день кто-то из инспекторов сюда приходит.
- Но все-таки около лицея есть дорогие иномарки, водители которых уговаривают девочек…
- В последнее время дорогих иномарок я не вижу, но разные подержанные машины, конечно, приезжают. Паркуются где-нибудь подальше от общежития. Чем они там занимаются, я не знаю… но номера машин, которые появляются на территории, дежурные сразу записывают.
- То есть ваши девочки все равно выходят на свидания.
- Конечно. Мы же не закрытое учреждение. Они со мной не откровенничают, потому что я мужчина. А вот нашим работницам рассказывают многое…
- Получается, что толку от ваших бесед нет никакого?
- У нас профессиональный лицей. Еще раз повторюсь: я не имею права закрыть человека, водить его за ручку из лицея в общежитие. Я всем проверяющим объясняю, что эти дети должны адаптироваться ко взрослой жизни, научиться тратить деньги. В конце концов, ухаживать за собой. Жизнь есть жизнь. И закрывать их нельзя, потом через два года мы их выпустим, как они будут жить?
СОРВАННАЯ ПРЕСС-КОНФЕРЕНЦИЯ
О том, какие дела творятся за воротами лицея, журналисты узнали от прокуроров. Давняя, но нашумевшая история Ани Васильевой стала поводом для проверки, последствия которой вызвали скандал. В прошлый четверг пресс-секретарь прокуратуры области Жанкозы Накишев разослал на электронные адреса редакций пресс-релиз:
«…в профессиональном лицее №31 Темиртау установлены факты вовлечения несовершеннолетних в занятие проституцией, – говорится в нем. – На попечение данного учреждения с детдомов и интернатов области передано 37 детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей. Из них на момент прокурорской проверки в лицее находилось лишь 11 воспитанниц. При этом установлено, что несовершеннолетние в летнее время покидали лицей по фиктивным распискам от родственников с указанием адресов проживания. Проведенной встречной проверкой проживание воспитанниц по указанным адресам не подтвердилось.
Прокуратура Темиртау с сотрудниками органов национальной безопасности несколько месяцев устанавливала местонахождение пропавших воспитанниц. Установлено, что некоторые из них обманным путем вывозились неизвестными лицами в Астану, где их вовлекали в занятие проституцией. Например, несовершеннолетнюю «Ш» систематически избивали, насильно удерживали на съемной квартире и заставляли заниматься предоставлением сексуальных услуг.
В некоторых случаях воспитанницы, которым удалось сбежать из сексуального рабства, неоднократно сообщали администрации лицея о фактах понуждения их в занятие проституцией неизвестными лицами. Однако руководство лицея не приняло мер по защите прав несовершеннолетних… Указанные факты не исключают причастности должностных лиц образования к совершенному преступлению. На сегодняшний день по материалам прокурорской проверки возбуждено уголовное дело, задержаны и арестованы виновные лица. Также в рамках данного уголовного дела будет решен вопрос об ответственности должностных лиц профлицея, несмотря на то, что они уволились по собственному желанию».
После этого прокуроры пригласили журналистов на пресс-конференцию, которую… отменили в последний момент.
Толпе ошарашенных репортеров растерянно объяснили: мол, облакимат приказал «не портить праздничного настроения». Якобы, узнав о сообщении, прозорливые чиновники сразу поняли, что эта новость затмит все их старания по празднованию юбилея Победы…
«ДЕТИ ВСЁ ВИДЯТ»
Для работников профлицея собственная репутация дороже номенклатурных игр. Они утверждают, что прокуроры исказили факты. Рассказывают, что пропавших лицеисток в первые дни искали сами, проверяя все адреса, куда могли уйти подруги. Через три дня к поискам подключились полицейские.
- У наших девочек есть «цыганская» почта. Они всегда все узнают раньше нас и сообщили нам, что, скорее всего, Аня со Светой находятся в Астане, – рассказывает воспитатель Надежда Коликова. – Мы отправили туда запросы. Полиция устроила рейды и нашла их. За девочками в ЦВИАРН поехала наш психолог.
- Свою невиновность я доказывать не собираюсь. У меня здоровья не хватит оправдываться после каждого такого заявления. Если бы мы действительно были причастны к этим делам, я бы, наверное, здесь не сидел, – говорит директор профлицея Барич Бешуков. – Я не знаю, откуда у прокуроров такая информация. Но таких жалоб ни устных, ни письменных от воспитанниц ни ко мне, ни к работникам общежития никогда не поступало. В детях, которые здесь живут и не бегают, я уверен на сто процентов. Я уверен в их порядочности. Я знаю, что они ничего плохого ни про меня, ни про работников не скажут. Я всегда говорю подчиненным: детям и так в жизни не повезло, поэтому обижать и ущемлять их в чем-то нельзя. Мои работники делают для них все, что могут. И это не просто слова. Я здесь нахожусь круглосуточно, без выходных, практически без отпусков. Дети все это видят…
- Как насчет фиктивных документов от родственников?
- Прежде чем отпустить девочку, мы обследуем жилье, разговариваем с родственниками, проверяем их документы, составляем акт. Просто так мы детей не отдаем. Прошлым летом в общежитии шел ремонт по «дорожной карте». Жить там было нельзя: рабочие сняли окна, двери, все коммуникации. Часть девочек, у которых есть родственники, мы отпустили по домам. А для одиннадцати человек, которым некуда было идти, мы оборудовали спальни в здании лицея. Расставили кровати, стулья, тумбочки и столы в помещениях учебно-производственных мастерских.
По словам директора, прокуроры сами нарушили правила проверки. Ни постановления о ней, ни предписания после нее Барич Капланович от блюстителей порядка так и не получил.
- Во время ремонта очень много комиссий приезжало. Я и думал, что опять по «дорожной карте» приехали. С городского акимата людей я знаю в лицо, среди них была незнакомая девушка – оказалось, помощник прокурора. Они осмотрели общежитие, спросили, где дети, я показал их временные комнаты. Мы вместе проехались по некоторым адресам, где гостили девочки. Было часа четыре дня, большинство учениц были на месте. А где-то нам дверь не открыли. Говорить, что «несовершеннолетних не обнаружили», я считаю, что это неправда.
Тем не менее Аня Васильева – не единственная жертва столичных сутенеров. Полицейские пока не раскрывают подробностей расследования, которое идет полным ходом. По неофициальным данным, из астанинских борделей оперативники освободили двенадцать несовершеннолетних девочек из Абая, Сарани, Темиртау и других городов, которых вербовщики обманом заманили в секс-индустрию. Полицейские арестовали 32-летнего жителя Шымкента и его 25-летнюю сожительницу из Караганды. Аня опознала их как водителя и пассажирку белого джипа. Подозреваемым предъявлены обвинения по ряду статей Уголовного кодекса: торговля людьми, незаконное лишение свободы, организация притона, вовлечение несовершеннолетних в занятие проституцией. Сотрудники областного управления по борьбе с организованной преступностью пообещали «Новому Вестнику» рассказать подробности скандального дела после окончания расследования.
Во вторник областное управление образования сделало заявление по поводу профлицея № 31 Темиртау.
«Управление образования Карагандинской области считает необходимым сообщить, что материалы по 31 лицею Темиртау, изложенные в СМИ, имели место в 2008 году.
По данным фактам проведено служебное расследование с привлечением всех государственных структур: акимата области, управления образования, департамента внутренних дел, департамента по защите прав детей, областной прокуратуры, акимата Темиртау.
Проведено внеочередное заседание областной комиссии по делам несовершеннолетних и защите их прав. Управлением образования приняты жесткие меры по отношению к директору лицея. Соответствующим приказом он освобожден от занимаемой должности, также наказаны должностные лица из числа работников управления образования. Усилены меры по обеспечению безопасности и правопорядка. Введена должность школьного инспектора. С целью выявления не посещающих занятия без уважительных причин проводятся рейды, анкетирование детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей. Особенно среди тех, у кого наблюдается склонность к бродяжничеству. Управлением образования совместно с департаментом по защите прав детей раз в квартал проводятся проверки посещаемости занятий. Контроль за посещаемостью детей ведется ежемесячно».
Между тем, сам директор профессионального лицея № 31 Барич Башеков сказал корреспонденту «НВ», что покидает свой пост вовсе не из-за скандала, а по состоянию здоровья.
- Я написал заявление «на отпуск с последующим увольнением», – сообщил Барич Капланович. – Я проработал в этом лицее больше 20 лет, начинал мастером-преподавателем, и теперь решил оставить работу из-за проблем со здоровьем. Случай с Аней – единственный. Я готов ответить за то, что недоглядел. А обвинять меня в причастности к чему-то неправильно.
Имена и фамилии девушек изменены по этическим соображениям.
Я лично в шоке...