Павлодарка не согласна с врачами, которые отправили ее детей в школу после обучения на дому. Женщина уверяет, что мальчики еще не выздоровели и нуждаются в лечении и постоянном наблюдении специалистов. А в школе они просто не смогут находиться.
Имена главных героев этой истории авторы решили скрыть, делу это не поможет. В редакцию “Обозрения недели” обратилась женщина с просьбой о помощи. Дело в том, что несколько лет назад у ее супруга обнаружили открытую форму туберкулеза. Как и положено, его госпитализировали. Детям, как контактным, назначили препараты и оздоровление в противотуберкулезном диспансере. В 2011 году супруг умер.
В 2016 году в детскую больницу положили дочку - с рождения у девочки ДЦП, а противотуберкулезные препараты, которые она получала, вызывали частые судороги. В этом же году в августе девочки не стало. Врачи объяснили матери, что причиной смерти стал детский церебральный паралич. Обратившись в комитет контроля медицинской и фармацевтической деятельности, женщина получила заключение: “В ходе неплановой проверки проведена экспертиза стеклопрепаратов патологоанатомического исследования, согласно заключению которой основным заболеванием Ш. А. является первичный легочный туберкулезный комплекс. Причина смерти - прогрессирование первичного туберкулеза, субтотальный некроз ствола мозга. По итогам анализа результатов, проведенных рентгенологических исследований органов грудной клетки Ш. А. отмечена несвоевременная консультация фтизиопедиатра на уровне детской больницы”.
Помимо этого члены комиссии выявили отсутствие динамического наблюдения ребенка по группе риска. Сейчас сложно сделать вывод, да и не в нашей этой компетенции, можно ли было спасти девочку. Но сейчас перед женщиной стоит задача уберечь сыновей.
Старший сын в 2007 году поставлен на учет в диспансер по причине контакта с отцом. Ему назначили препарат изониазид. В 2012 году мальчик снят с учета. Но в 2016 его снова ставят на учет, теперь из-за контакта с сестрой. Младший сын получал препараты в 2009 году. Наблюдая за детьми, врачи поставили им диагноз - легкое когнитивное расстройство и энурез. По словам мамы, это все влияние препарата изониазид. С 2014 года дети проходили обучение на дому. По словам матери, из года в год врачи их толком не наблюдали, была лишь рекомендация от психолога - купить развивающие игрушки. В этом году ситуация усугубилась.
Перед тем как выдать детям заключение и направить их на обучение в школу, управление здравоохранения созвало комиссию. Главную роль там играл психолог. Но вопросы, которые задавали детям, никак не позволяют выявить, готов ли старший сын продолжить обучение в 9 классе. Один из вопросов: в чем разница между птицей и самолетом. Учителя школы, где обучается младший из сыновей, согласны с женщиной, что мальчику еще рано возвращаться на обучение в школу.
- В прошлом году я была классным руководителем, но занятия на дому проводил другой учитель. В этом году четыре дня он пробно посещал школу. Мальчик не высиживает урок полностью, требует индивидуальной работы, выполняет задание, только когда я нахожусь рядом. На переменах он активный, контактирует со сверстниками. Но образовательная деятельность у него отстает. При надомном обучение снижено количество часов. Поэтому возникли большие пробелы в знаниях. Чтобы все наверстать, нужно заниматься после уроков. Но это снова дополнительная нагрузка. Еще в этом году предстоит сдавать ВОУД, естественно, наверстать все невозможно, - рассказала Елена Литвиненко.
- У нас была специальная программа для мальчика. Я давала ему задания, самостоятельно он не мог все выполнять, допускал много ошибок. Если задавала выучить стих, то на следующий день он уже его не помнил. Быстро устает. Таблицу умножения знает только до трех, хотя должен знать до девяти. Программу не освоил. Тяжело обучаться даже по специальной программе, - сказала учитель надобного обучения Молдыр Хасенова.
- Мальчик обучается у нас год. Мы зачислили его на надомное обучение в третий класс. Каждый учитель написал для него адаптированную облегченную программу. В этом учебном году с 1 сентября не было справки ВКК, и мы должны оформить его на обучение в школу. Я думаю, что все-таки ребенок с первого класса обучался на дому, и он привык работать индивидуально. Мы создали все условия, ребенка посещал психолог, компьютер выдали, - говорит завуч Жибек Шарымбаева.
В один голос учителя утверждают, что ребенку идти в школу рано. Беспокоятся не только насчет знаний, но и переживают за здоровье мальчика. В справке ВКК не указано, что дети должны обучаться по особой программе. Младший из сыновей по выданной справке пошел на занятия, но это только усугубило состояние его здоровья. А его старший брат так и не посещал уроки, сейчас он на обследовании с мамой в Астане. Маме еще предстоит визит в министерство здравоохранения - просить должного разбирательства в этой сомнительной ситуации. А пока по заключению управления здравоохранения дети должны посещать школу.